Поиск
  • Maria Paisina

Дуб

Когда мне было 13 лет, я посадила дуб.


Нашла проросший желудь на дороге, воткнула в горшок. Дуб бодро пророс, окреп, я его высадила у бабушки в огороде. Он даже меня перерос. Помню, я еще переживала, что когда-нибудь он вырастет таким, что три человека не смогут обхватить его ствол, он растянет корни на весь огород и будет мешать расти картошке и гладиолусам. Бабушка смеялась. Советовала не думать о проблемах, которые настанут так не скоро.


И была права.


В страшном пожаре дуб сгорел. И дуб. И дом. И та, что жила в нем.

Через год мы начали разбирать пепелище. Вывозить на бесконечных тачках жженые кирпичи, искореженные железяки, куски шифера, разлетевшиеся по всему участку. В обломках находили то мельхиоровую солонку с крошечной ложечкой, то маятник от часов с кукушкой. Стояли молча, держали в руках находку. Вспоминали. Многое. Потом надевали рукавицы и продолжали работу.


Дом построили новый. Было очень важно, нестерпимо важно не оставлять брошенным это место, где бабушка прожила всю свою послевоенную непростую жизнь. Где вырос папа. Где мы с сестрой проводили все свои каникулы, не зная заграничных поездок и пионерских лагерей.


Было важно.


Сейчас там дачный дом, а не зимний, как прежде. И грядки с картошкой, как раньше. И кусты смородины, которую мы всей семьей не особо любим. Но варенье, витамины, зимний авитаминоз, вы же знаете. Своя картошка не сравнится с магазинной, белый налив – это вам не глостер, огурцов таких хрустящих вообще нигде на белом свете не сыщешь.


А дуба моего нет.


Как-то все было не до него. Я не гуляю после школы, пиная листья и думая про дуру-русичку, не езжу на каникулы к бабушке, не планирую качаться на качелях, подвешенных на ветвях собственного дуба. Столько лет прошло, какие качели! Битвы с акционерами, дети, ремонт, карьера и личностный рост.


А в прошлом году мы ездили в Сочи. И, пробегая откуда-то куда-то я увидела невыносимой красоты дуб с какими-то поразительными резными листьями. И кучу желудей под ним. Взяла несколько, сложила в карман, привезла в Питер. Положила прорастать.


Но они не росли. Лежали в мокрой тряпочке и презрительно меня игнорировали. Пять месяцев лежали в первозданной своей целостности и не менялись ни на микрон. И вдруг на прошлой неделе один проклюнулся, выбросил сильный росток и после перемещения в цветочный горшок махнул в высь так стремительно, что заложило уши.


Подращу. Высажу на улицу. Буду наблюдать, как он растет. Однажды, через много-много лет или даже десятилетий, забывшись, скажу: я посадила его, когда мне было 13.


А когда меня спросят, что будет, если он разрастется так, что три человека не смогут его обхватить, и он будет мешать, я улыбнусь и скажу: «не стоит думать о проблемах, которые настанут так не скоро».




Просмотров: 0